Тем временем издатель журнала прокашлялся и объявил, уже без торжественности, но с особой значимостью:
— Сразу скажу: главного редактора, автора журнала сегодня не будет.
Он сделал паузу, давая фразе улечься.
— Аркадий, — продолжил Буря эмоций, — забрав часть последнего тиража, уехал в Москву. Поездом. В багажном вагоне.
Кто-то усмехнулся. Кто-то покачал головой.
— По дороге, — добавил он, — там, где вагон будут отцеплять и снова цеплять, его будут встречать. Подписчики. Музыканты тяжёлого направления. Старые и совсем молодые. В каждом городе — свои.
Он посмотрел на нас так, будто проверял: понимаем ли мы масштаб этого безумия.
Я понял.
Аркадий ехал не в Москву.
Он ехал через сцену.
И внезапно отсутствие главного редактора перестало быть проблемой.
Скорее наоборот —
его отсутствие стало главным аргументом того, что журнал всё ещё жив.
